Автор
Татьяна Дубинина
Цикл служебный роман
-
12.01.2026— Вы сегодня... ослепительны, — прозвучали наконец, сквозь стиснутые зубы слова комплимента, но голос был полон мрачной горечи. — А вы... сегодня очень угрюмы, Алексей Викторович, — рискнула она. Он на миг встретился с ней взглядом, и в его глазах...— Вы сегодня... ослепительны, — прозвучали наконец, сквозь стиснутые зубы слова комплимента, но голос был полон мрачной горечи. — А вы... сегодня очень угрюмы, Алексей Викторович, — рискнула она. Он на миг встретился с ней взглядом, и в его глазах бушевала буря. — Угрюм? Возможно. Я сегодня совершил стратегическую ошибку. Дал себе послабление. Увлёкся... красивой перспективой. А хороший управленец знает: самая опасная ловушка — это желание того, что тебе не принадлежит и принадлежать не может. Он сказал это прямо, без намёков, кружа её под грустные переливы саксофона. И каждое слово падало ей в душу тяжёлым, ясным грузом. Он говорил о ней. О них. О том, что было и чего не могло быть. — Иногда, — прошептала она, глядя куда-то в область его воротника, — кажется, что единственное, что нам действительно принадлежит — это наши мечты. Даже если они... о чём-то недостижимом. Он крутанул её, притянул чуть ближе на мгновение, и она почувствовала тепло его тела, запах дорогого парфюма и что-то ещё — дикую, обузданную силу его отчаяния. — Мечты — это роскошь, Лада, — сказал он ей прямо в ухо, и его губы почти коснулись её виска. — А мы с вами — люди, привыкшие к дисциплине. К выбору из возможного. К принятию реальности, какой бы горькой она ни была. >> <<Читать далее111665233180k+180k+111665233180k+180k+
-
18.01.2026— Ну что, солнышко, — её голос, низкий, с лёгкой, природной хрипотцой, лился ласково и убедительно, как будто она уговаривала капризного ребёнка, а не бездушную машину. — Давай сегодня без сюрпризов, ладно? Я выбрала капучино. Ты уже всё знаешь. Прос...— Ну что, солнышко, — её голос, низкий, с лёгкой, природной хрипотцой, лился ласково и убедительно, как будто она уговаривала капризного ребёнка, а не бездушную машину. — Давай сегодня без сюрпризов, ладно? Я выбрала капучино. Ты уже всё знаешь. Просто налей мне кружечку, и мы расстанемся друзьями. Именно этот звук — хрипловатый шёпот, полный интимного, почти постыдного терпения — и привлёк его внимание. Он остановился в нескольких шагах сзади, случайно оказавшись свидетелем этой односторонней беседы. Голос обволок его, как тёплый, тягучий дым. В мозгу, ещё не до конца проснувшемся после ночного перелёта, мгновенно и без спросу возникли образы. Этот голос, шепчущий что-то на ухо в полумраке. Этот же голос, теряющий плавность от страсти... Он резко встряхнул головой, отгоняя навязчивые картинки. — Кажется, техника сегодня не в духе, — раздалось прямо за её спиной. Бархатный баритон, нарочито спокойный, предлагающий помощь. Тон, которым он привык решать вопросы. — Позвольте помочь. Иногда достаточно хорошенько стукнуть по корпусу. Алина обернулась. И весь мимолётный флёр таинственности, который создал её голос, развеялся в одно мгновение. >> <<Читать далее97856181176k+176k+97856181176k+176k+
-
24.01.2026— Константин Игоревич, я от вас ухожу. Слова, произнесённые в солнечном кабинете над морем, были твёрдыми и окончательными. Они разрезали воздух, наполненный запахом соли и благополучия, острее любого ножа. Высокий, широкоплечий мужчина у окна оберну...— Константин Игоревич, я от вас ухожу. Слова, произнесённые в солнечном кабинете над морем, были твёрдыми и окончательными. Они разрезали воздух, наполненный запахом соли и благополучия, острее любого ножа. Высокий, широкоплечий мужчина у окна обернулся. В его тёмных глазах — не было гнева, а лишь медленное недоумение, будто он услышал сообщение о крушении закона гравитации. — Что? — прозвучало глухо. — Анна, хватит шутить. Маленькая, темноволосая женщина в дверях не дрогнула. Её зелёные глаза, которые он когда-то в шутку назвал «эльфийскими», смотрели на него без привычной преданности. Только с усталой, выстраданной решимостью. — Я не шучу. Я увольняюсь. Сегодня. Он сделал шаг вперёд, и комната словно уменьшилась. — Почему? — спросил он, и в его голосе зазвучали нотки того властного, уверенного в себе человека, каким он был давно. — Деньги? Назови сумму. Я удвою. Дети… они тебя обожают. — Это не про деньги, Константин. И не только про детей, — её голос дрогнул, но не сломался. >> <<Читать далее941715193170k+170k+941715193170k+170k+
